«Кто-то печёт хлеб, а я — сопровождаю умирание»: кто такие доулы смерти и зачем они нужны

Поговорили с Сашей Леей Адиной Уикенден — доулой смерти и со-основательницей Death Foundation.

Полгода назад Сашин план умирания выглядел так. Скриншот из личного архива героини

Один из важных пунктов для Саши — умирать с доулой смерти. Её опыт говорит о том, что человеку гораздо легче, если в такой интенсивный момент его сопровождает знающий специалист.

Страх смерти в большинстве своём вызван неясностью её процессов для нас. Представьте первую в мире беременную женщину. Ни она, ни люди вокруг ничего не знают о процессе родов — ни прочитать, ни посмотреть, ни поговорить с тем, кто прошёл через это. В такой ситуации рожать было бы очень страшно.

Но если о родах есть много книг, видео и курсов подготовки, то даже ролик, где человек умирает, найти очень сложно. Мы показываем такие на курсе обучения доульству смерти, чтобы будущие специалисты знали, с чем им предстоит иметь дело. Иногда удивительно слышать, что люди с медицинским образованием в процессе обучения ни разу не видели, как человек умирает.

Во время умирания происходят определённые физиологические процессы, объяснение которых даёт много опоры самому умирающему и тем, кто находится рядом с ним. «Наши тела хорошо знают, как умирать, — говорит Саша. — Как бы странно это ни звучало, главное — не мешать им проходить свои естественные процессы».

Разумеется, они могут протекать с разной скоростью, в зависимости от диагноза, но основные выглядят так:

1. В последние недели «сворачивается» сознание. Человек больше спит, меньше контактирует с внешним миром. Он погружён в себя.
2. Затем «сворачивается» пищеварительная система. Человек практически не ест и не пьёт. Насильственное кормление чаще всего сделает ему только хуже и осложнит процесс умирания.
3. Меняется физика тела — обычные прикосновения и объятия иногда воспринимаются совсем иначе. Например, чужая ладонь может ощущаться как многотонная. Поэтому, если вы хотите контакта, подложите свою руку под руку умирающего.
4. В последние несколько дней начинает изменяться цвет кожных покровов, могут появляться красные и фиолетовые пятна, иногда меняется и цвет мочи и кала. Может наблюдаться их неконтролируемое выделение.
5. За пару дней до смерти дыхание становится неровным. А в последние часы и минуты наблюдаются определённые паттерны дыхания — хрипы, которые для многих звучат пугающе. Но для умирающего они абсолютно безболезненны. Эти хрипы вызваны тем, что воздух движется сквозь секрет, скопившийся в ротоглотке и бронхах из‑за расслабления мышц.
6. За 1–2 дня также начинают синеть конечности. Сердечный ритм и ритм дыхания замедляются. Иногда человек может совершать один вдох в минуту.
7. Последним «сворачивается» орган слуха.

Умирающего человека может фрустрировать то, что о нём говорят в третьем лице: «Он синеет!», «Он ужасно дышит!», «А он уже умер?» Вероятно, умирающий вас всё ещё слышит, но никак отреагировать уже не может.

Иногда за несколько дней или часов до смерти у умирающего случается терминальная ясность. Внезапно он может прийти в сознание и сказать «Пойдёмте погуляем?», когда уже несколько недель не вставал с кровати. Саша предостерегает: «Не стоит надеяться, что родственнику стало лучше». Терминальная ясность может продлиться несколько минут или часов и станет последней возможностью пообщаться с умирающим.

Из‑за табуированности темы смерти люди могут не знать этой информации. Обращение к доуле сделает процессы умирания и горевания более понятными. Саша мечтает: «Было бы супер, чтобы к нам можно было попасть по ОМС. Но до этого очень далеко. Сейчас мы только в процессе формирования взаимоотношений между доулами и хосписами».

Недавно в Death Foundation выпустился первый поток доул смерти — их 90 человек, и услуги каждой стоят абсолютно по‑разному. Разброс цен: от доната до 200$ за час.

Если речь о сопровождении в умирании, то умирающий обычно платит авансом. Звучит забавно, но это работа. Очень тяжёлая работа: нам нужно погружаться в состояния и темы, которых не готовы касаться подавляющее большинство людей. Я и другие доулы смерти учимся тому, чтобы выдерживать интенсивность эмоций, поддерживая себя на личной терапии и в супервизии, заботясь о своей телесности. Вот так. Кто‑то печёт хлеб, а я сопровождаю умирание.

В Death Foundation проходит много открытых воркшопов для нетерминальных людей, у которых нет диагноза и реальной угрозы жизни. Благодаря им люди получают больше ясности о смерти и жизни, учатся поддерживать любимых в горе. Например, памятку о потере и горевании от Death Foundation скачали уже больше полумиллиона раз.

Саша верит: «Если бы мы все хоть иногда задумывались о собственной конечности, если бы мы лучше знали, как поддерживать близких в умирании и горевании, наш мир был бы менее страшным».

Больше статей об интересных профессиях🧐«В Арктике ты осознаёшь, что природа совершенно другого масштаба»: интервью с гляциологом Дианой Владимировой«Я совсем не про боль и унижение, мне это чуждо»: интервью с мастером шибари Дарьей Достоевской «В ресторане первым делом смотрю на цвет пола»: интервью с ресторанным критиком Олегом Назаровым«Да, я инкубатор»: интервью с суррогатной мамой Викторией Кочетовой«Большинство думает: мне платят деньги за то, что я пью пиво». Интервью с пивным сомелье Юрием Сусовым
Источник